На капитальный ремонт не хватило денег. Почерневшие стены, обитые линолеумом, были обклеены красными и синими декоративными пластмассовыми полосками. На стойке все еще красовалась допотопная горка, на которой вместо котлет и яиц теперь стояли холодные сосиски и воздушная кукуруза. Наиболее уважаемые посетители располагались за низкими столиками со столешницами в форме боба в приглушенном красном или голубом свете неоновых ламп. Снаружи над невысокой входной дверью красным и синим светилась надпись: «Кэролайнс бир бар».

Эгон передвинул рычаги шарманки и еще раз прокрутил польку. Это была серенада, адресованная хозяйке в честь дня ее рождения. Тетя Каролина улыбалась. Было видно, что она и польщена и раздосадована. Полька, пожалуй, казалась ей несколько грубоватой, во всяком случае, была явно недостаточно современной. Кэролайн больше всего любила джазовые песни. В те времена, насколько можно было понять из разговоров, она вела героическую борьбу против конкурентов, финансовой инспекции, полиции нравов и случавшихся порой бешеных перепадов денежного курса

Иногда я спрашиваю себя: отважился бы я на такое сейчас? Некоторые вещи делают лишь в юности или же вовсе не делают. Только молодежь способна со слепой дерзостью бросить вызов судьбе. А как иначе узнаешь, какова она — твоя судьба? Это называют бурей и натиском, но в действительности это, пожалуй, неумное упрямое ребячество. Мне было запрещено посещать Западный Берлин, притом в самой категорической форме. Я уже сдал все наиболее серьезные экзамены и проходил практику. На старом заводе, где я работал, многое изменилось. Специалисты только и говорили о транзисторах, о том, как много нужно наверстать в области полупроводниковой техники. Мне было поручено решение проблем управления в модуляторе пространственной системы, и надо было быть абсолютным болваном, чтобы не понимать, для чего нужны предельные частоты в диапазоне 10000 мегагерц: Национальная народная армия стала нашим главным заказчиком и требовала от нас практических результатов. Я не имел права поступать столь легкомысленно. Но вот, однако же, сидел в «Кэролайнс бир бар», Шёнеберг, американский сектор Берлина, Мартин-Лютерштрассе.



9 из 335